...Я особо никогда не хотела выходить замуж. Мне много раз делали предложения, но я всегда находила повод отказаться. Скорее всего, по той причине, что ещё не нашла «того самого».
А потом в фитнес-клуб, где я работала тренером, пришёл Денис. Сначала он просто тренировался с друзьями, я помогала ему с техникой, а потом, как будто между делом, между нами проскочила искра.
И в какой-то момент он подошёл и сказал: «Я хочу быть с тобой». А через месяц сделал предложение… Я глазом моргнуть не успела, как оказалась в ЗАГСе — с кольцом и штампом в паспорте. И уже спустя много лет, оглядываясь назад, понимаю, что тогда я нашла своего человека.
Но наш счастливый миг в жизни продлился совсем недолго — ровно до того момента, пока в новостных лентах не замелькало слово, перечеркнувшее планы миллионов семей…

Часть 1. Мобилизация
Не скажу, что к мобилизации мы были готовы, но по крайней мере — не раз обсуждали её дома. Денис сразу тогда сказал: «Бегать не буду. Прийдёт повестка — пойду». И она пришла.
Что иронично — сразу двоим: ему и его младшему брату. Я была уверена, что обоих не заберут, ведь кто-то должен остаться с их матерью (у неё инвалидность второй группы).
И с полной уверенностью или наивностью, что это какое-то недоразумение или банальная формальность, а там на месте разберутся — я сама отвезла их в военкомат.
Они зашли внутрь, а через полчаса вышли на крыльцо и сказали, что забирают обоих…

…В больничной палате нас было двое. Пост медсестёр — где-то в другом конце огромного корпуса, кнопки экстренного вызова в палате нет, а связь здесь пропадает сама по себе, без причины.
В какой-то момент, Саша сказал, что ему становится холодно, и попросил укрыть его одеялом. Я укрываю — и в следующую секунду вижу, как у него начинают синеть пальцы. Потом губы. Потом всё лицо. Тело будто сжимается и каменеет — практически на глазах.
Первая моя реакция — шок. Я понимаю, что ему становится совсем плохо, но в то же время — что ничем не могу ему помочь. Я выбегаю из палаты, бегу по коридору и зову, даже нет, кричу о помощи. Прибегают врачи — давление, температура, капельница, вызов реанимационной бригады. Его увозят туда же, откуда недавно перевели, — в реанимацию.
Через некоторое время, когда его состояние стабилизировалось, мне разрешили зайти к нему, и я помню, как он сказал только одну фразу: «Я думал, что всё. Не выживу…»
За полтора года реабилитации мужа таких моментов было очень много. Но этот я помню в мельчайших деталях, будто это случилось вчера. Наверное, потому что именно тогда, в эти несколько минут, решалось, останется он ли он живой…